ДЯГИЛЕВ

Историческая драма Многосерийный художественный фильм, сериал

Сценарий второй серии (пилот 2)

Авторы: Сергей Смолин © 01.10.2024 Москва, Сергей Янковский © 01.10.2024 Москва

Краткое содержание второй серии:

1908 год. Начало Русских Сезонов. Сергей Дягилев привозит в Париж оперу Модеста Мусоргского «Борис Годунов». Фёдор Шаляпин теряет голос перед премьерой и приходит к Дягилеву за поддержкой. В роли «бояр» (массовка) – бродяги, которых импресарио находит на улицах Парижа. Дягилев знакомится с Мисией Эдвардс (Мися Серт). Впоследствии она станет не только тайным инвестором «Сезонов», но его самым близким другом.
Ошеломительный успех «Бориса Годунова». Несмотря на триумф, денег чтобы отдать инвестору «Русских Сезонов» Габриэлю Астрюку не хватает. Полковник Янковский вербует Лизу Селезневу (продолжение финальной сцены первой серии). Расстрел мирной демонстрации на Нарвской площади 9 (22) Января 1905. Первые жертвы Русской революции. Год спустя, поручик Андрей Селезнёв (брат Лизы Селезневой) вместе с другими офицерами выступает против выдвижения Преображенского полка в Москву для подавления восстания 9-18 Декабря 1905. После домашнего ареста и короткого дисциплинарного следствия, его увольняют из армии (закладка к детективным линиям сериала). Французская контрразведка подозревает промышленника Алексея Ивановича Путилова и банкира Дмитрия Леоновича Рубинштейна в шпионаже в пользу Германии (закладка к сериям 5, 6 и 7). Об этом узнаёт офицер особой канцелярии полковник Сергей Янковский. Дягилев и высшее общество: Дягилев-шармёр и Дягилев-авантюрист: Кручу-верчу, обмануть хочу... и у него всё получается. Матильда Кшесинская и её великие любовники – Великий князь Владимир Александрович, император Николай II и другие. Барон Виктор Дандре заключает пари со своим приятелем, что покорит сердце неприступной Анны Павловой в течение недели (продолжение эп.1.34). Любовница на ночь или любовь навсегда? Начало мелодраматической арки Анна Павлова-Виктор Дандре. Николай и Оленька всё также занимаются любовью в самых неожиданных местах, а парочка пожилых ловеласов князь фон Берг и граф Безбородько безуспешно гоняются за юбками и ножками балерин. За эти комичным трипом снисходительно наблюдает Дягилев. Что ж, эти персонажи также являются частью закулисной жизни театрального бомонда прекрасной эпохи (la belle epoque).


Тизер второй серии.

• НАТ. ПАРИЖ. МАЙ 1908.

Карусель сменяющихся планов. День. Жизнь в Париже кипит. Настроение вступившей в полную силу весны смешивается с ажиотажем вокруг Русских Сезонов. Средние и общие планы. Отдельные лица крупно. Красивая женская рука небрежно ставит фарфоровую чашку с кофе на столик в Парижском кафе. Кофе проливается на газету Le Figaro. Надпись на передовице сразу под названием – ДЯГИЛЕВ ПОКОРЯЕТ ПАРИЖ!
Смена ракурса. Люди вокруг, – в кафе, на улице, в транспорте, читают газеты. Мелькают заголовки, заголовки, заголовки. Уличные мальчишки-торговцы на бегу выкрикивают:

СЕРЖ ДЯГИЛЕВ СНОВА В ПАРИЖЕ!
ТРИСТА ЧЕЛОВЕК НА СЦЕНЕ! ТАКОГО ПАРИЖ ЕЩЁ НЕ ВИДЕЛ! РУССКИЕ СЕЗОНЫ! БИЛЕТОВ НЕТ!
БОРИС ГОДУНОВ В ПАРИЖЕ!

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ЗА ДЕНЬ ДО ПРЕМЬЕРЫ ОПЕРЫ «БОРИС

ГОДУНОВ» 18 Мая 1908 год. Париж.

В Парижском Гранд-Опера в обстановке полнейшего хаоса и паники проходят технические приготовления к новому спектаклю. Дягилеву сообщают, что сцену театра для монтажа декораций оперы «Борис Годунов» отдадут только за день до премьеры. Похоже, ситуация становится катастрофической и выходит из-под контроля импресарио.
Рабочий сцены (француз) несет коробки с реквизитом. На него налетает другой рабочий (тоже француз), бегущий в другом направлении. Коробки падают на пол, содержимое вываливается. Бутафорские чашки, посуда, кубки оказываются на полу.
РАБОЧИЙ 1
Merde!
(далее, фр.)
Куда ты несешься! Глаза потерял, идиот!

РАБОЧИЙ 2 (не зло) Сам ты идиот!
РАБОЧИЙ 1
(показывает на реквизит) Куда это?

РАБОЧИЙ 2
А я откуда знаю?
Мимо проходит один из распорядителей Дягилева (русский).
РАБОЧИЙ 1
Куда это нести?
РАСПОРЯДИТЕЛЬ
(видимо, не понимая, что ему говорят)
Что?
РАБОЧИЙ 1
(раздражённо, фр.)
Что у вас тут за бардак! Никто ни черта не знает! Я уже полчаса с этим дерьмом ношусь по сцене!
РАСПОРЯДИТЕЛЬ
Я не понимаю ни хрена, что ты мне говоришь!

Распорядитель разворачивается и кричит кому-то за кулисы.
РАСПОРЯДИТЕЛЬ
Пришлите кого-нибудь... кто говорит по-французски, они не не понимают, что делать.
Распорядитель уходит.
РАБОЧИЙ 1
(успокаиваясь)
Эти варвары приехали во Францию и никто не говорит по-французски.

РАБОЧИЙ 2
Они наверное ожидали, что тут все знают русский.
РАБОЧИЙ 1
Вот придурки тупые.
Оба смеются. Смотрят на валяющийся на полу реквизит.
РАБОЧИЙ 2
Так что с этим делать? (показывает на реквизит)

РАБОЧИЙ 1
Брось этот хлам здесь. Пусть сами

разбираются. Пойдем покурим. Завтра мы увидим грандиозный провал. Русские уйдут со сцены под стук собственных копыт.
(смеются)
Мимо рабочих в этот момент проходят НИКОЛАЙ с ОЛЕНЬКОЙ. Николай останавливается, тихо говорит Оленьке – подожди секунду, радость моя, – медленно подходит к одному из рабочих, внезапно хватает его за шиворот, немного приподнимает и говорит на прекрасном французском спокойно и очень убедительно:

НИКОЛАЙ
Если я ещё раз услышу, что ты, мерзкая, немытая рожа, русских назовешь тупыми придурками, то сломаю тебе ноги, а потом шею.

Рабочие сцены испуганно ретируются, оставив реквизит на полу.

• ИНТ. КОРИДОР ТЕАТРА ГРАНД-ОПЕРА. 18 МАЯ 1918. ПАРИЖ

Дягилев идет по коридору быстрым шагом, за ним, едва поспевая, почти бежит АЛЕКСАНДР БЕНУА. Звучит тревожная музыка.

Параллельный монтаж.

• ИНТ. ЗА КУЛИСАМИ ТЕАТРА ГРАНД-ОПЕРА. ПАРИЖ

Повсюду пытаются работать люди, но тщетно, работа не ладится. В глубине сцены висит великолепно расшитый, огромный задник. Одна его часть не закреплена и безжизненно падает на пол прямо в закулисную пыль. Часть ткани испачкана. Чуть в стороне французские рабочие пытаются собрать объемную декорацию, но не понимают, что к чему крепится. Они пытаются приладить одни элементы конструкции к другим, из этого ничего не выходит.

• ИНТ. КОРИДОР ТЕАТРА ГРАНД-ОПЕРА. ПАРИЖ

Дягилев идёт по коридору. Звучит тревожная музыка.

• ИНТ. ЗА КУЛИСАМИ ТЕАТРА ГРАНД-ОПЕРА. ПАРИЖ

Туда и обратно фланируют артисты. О репетиции не может быть и речи. Французские музыканты (оркестр Парижского театра) сидят в оркестровой яме, в недоумении наблюдая за происходящим. Дирижёр оркестра ФЕЛИКС БЛУМЕНФЕЛЬД нервно стучит палочкой по рукаву сюртука, снимает пенсне, сосредоточенно протирает его тряпочкой и... снова стучит палочкой, как будто отсчитывает шаги Дягилева, идущего в этот момент по коридору.

• ИНТ. КОРИДОР ТЕАТРА ГРАНД-ОПЕРА. ПАРИЖ

Дягилев идёт по коридору. Звучит тревожная музыка.

• ИНТ. ЗА КУЛИСАМИ ТЕАТРА ГРАНД-ОПЕРА. ПАРИЖ

Костюмер тащит костюмы, видит распорядителя.
КОСТЮМЕР
Иван Сергеевич, где вешала для костюмов?

РАСПОРЯДИТЕЛЬ
Не привезли еще.
КОСТЮМЕР
(раздражённо)
Костюмы на пол прикажете складывать?

РАСПОРЯДИТЕЛЬ
(выходит из себя и кричит на костюмера)
Откуда я знаю, Паша! Тут все через жопу организовано!

• ИНТ. ЗА КУЛИСАМИ ТЕАТРА ГРАНД-ОПЕРА. ПАРИЖ

Входит Дягилев. Пристально смотрит на распорядителя, – тот как будто становится меньше, – потом внимательно осматривает заваленную реквизитом площадку с недостроенными декорациями и медленно выходит на сцену, на которой собралась вся труппа. Все затихли и, замерев, не сводят глаз с импресарио. Дягилев кажется огромным, как удав перед бандерлогами из «Книги джунглей» Киплинга.

ДЯГИЛЕВ
(очень тихо)
Твою же мать! Это конец!
Дягилев вскидывает руку вверх, как дирижер перед оркестром, но особого смысла в этом жесте нет – внимание «оркестра» и так обращено к нему, «дирижёру». Все ждут его заявление, речь, или указание, но Дягилев властным голосом, чеканя каждое слово, произносит единственную фразу:

ДЯГИЛЕВ
Итак, мы откладываем премьеру или нет?
В ответ – гробовое молчание.
ДЯГИЛЕВ
(не обращая никакого внимания на общее смятение

и неуверенность артистов)
Я так и думал! За работу! Покажем этим французам на что способны наши люди!

Переход плана.

• НАТ. УЛИЦА С ОТКРЫТЫМИ РЕСТОРАНЧИКАМИ. ЗА ДЕНЬ ДО ПРЕМЬЕРЫ

«ГОДУНОВА». 18 МАЯ 1908 ГОД. ПАРИЖ.
Общий план улицы с дорогими Парижскими ресторанами. В кадр входит наш старый знакомый по первой серии князь Фон Берг. Лицо его хитрое, прозорливое, похожее на куницу. Он явно что-то высматривает, принюхивается, похоже, у него есть план. Князь по- старчески суетится, но энергичен и неудержим. За его спиной по пятам следует граф Безбородько. Оба неуловимо напоминают состарившихся эм-ти-вишных персонажей Бивиса и Батхеда.

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
Князь, что мы ищем?
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
(князь немного картавит) Высокое искусство, мой юный друг!

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
На улице?
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Именно! На улице. Не в опере же нам его искать.
ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
А я думал, что мы как раз на оперу и приехали.

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Граф, мон шер, вы видели этих оперных див?! Что это такое?!
(князь руками показывает преувеличенно огромный бюст) Или еще хуже, вот это! (описывает руками такой же огромный полукруг ниже талии)
Это же форменное безобразие! Свинство и полное отсутствие... (пытается вспомнить слово, у него не получается и он выпаливает первое, что приходит на ум).. логики! Это ни в какие ворота не лезет!
(смеётся собственному удачному каламбуру)


ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
(неуверенно)
Тогда, что мы тут делаем?
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Парижанки, друг мой, парижанки! Si Magnifique! А после – в Мулен Руж. Вот где настоящее искусство!
ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
(окончательно сбитый с толку) Так мы что, на «Годунова» не идём?

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Конечно, идём, а сейчас, вперёд, друг мой, вперед! Париж ждёт нас в своих объятиях!
Князь Фон Берг прибавляет шаг, граф Безбородько семенит за ним. Прямая склейка.

• НАТ. УЛИЦА С ОТКРЫТЫМИ РЕСТОРАНЧИКАМИ. ЗА ДЕНЬ ДО ПРЕМЬЕРЫ ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВА». 18 МАЯ 1908 ГОД. ПАРИЖ.

Князь Фон Берг замечает очаровательную молодую девушку, сидящую на террасе под зонтиком открытого кафе. Девушка одна.

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Итак! На абордаж, друг мой, без промедления! Правило трех секунд.
ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
Что за правило?
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Если видишь очаровательное создание, то на принятие решения у тебя есть всего три секунды и в бой!
ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
Почему именно три?
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Начнёте долго размышлять и вас обязательно ждет чрезмерный стресс, а в нашем возрасте это лишнее.
И как бы в подтверждение сказанному, князь без промедления подходит к девушке и кланяется. Граф Безбородько выглядывает из- за его спины.


КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
(по-французски)
Позвольте представиться, я князь Федор Федорович Фон Берг, а это мой друг, граф Иван Андреевич Безбородько.
ДЕВУШКА
(фр.)
Здравствуйте. Что вам нужно, господа?

Князь слишком поспешно, неделикатно берет её за руку и старается поцеловать. Девушка в ужасе одергивает руку. Она смущена и оглядывается по сторонам в поисках поддержки.
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
(фр.)
Мы с моим другом хотим пригласить вас в удивительное место. Это салон, который был основан...
Вдруг рядом с девушкой появляется высокий молодой человек спортивного телосложения и с выправкой военного..

Субъектив. Мы видим атлета глазами князя снизу вверх. Рубашка плотно облегает тело молодого человека. Под тканью угадываются натренированные бицепсы и грудь.

Общий план. Молодой человек в упор смотрит на князя и графа, от этого взгляда граф Безбородько совсем теряется.., скукоживается и прячется за спину князя.
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК
(обращается к девушке, фр.) Дорогая, что хотят от тебя эти люди?

ДЕВУШКА
Я не знаю, милый, он... руку пытался мне поцеловать, в салон какой-то приглашал.. ничего особенного.

Молодой человек берет повес под руки и, подчеркнуто вежливо, но с напором, выпроваживает их из-под зонтика открытого кафе.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК
Господа... (сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтобы не отвесить горе-ухажёрам тумаков), вам нужно немедленно удалиться и впредь быть осторожнее, потому что в противном случае, вам

придётся слушать отходную молитву вместо вальса Мендельсона.

Выталкивает князя и графа из кафе.
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
(немного стушевавшись, но, тем не менее, не подавая вида, оправдываясь)
Я.. я ничего, совсем ничего не хотел, это ошибка, мне показалось, что мы знакомы... но нет.. показалось. Au Revoir

Князь и граф поспешно и несколько суетливо удаляются.
ДЕВУШКА (ЗК)
Ты такой сильный... как лев (смеётся звонко). Что ты на них взъелся, Пьер? Они забавные такие старички.

• НАТ. СОСЕДНЯЯ УЛИЦА ПОД КАШТАНАМИ. ПАРИЖ.

Князь с графом сворачивают на небольшую улицу за углом и скрываются из вида. Фон Берг прислонился к стене, тяжело дышит, достаёт из внутреннего кармана флакончик, открывает крышечку и начинает вслух считать капли: раз, два, три... тринадцать.
Выпивает поморщившись.
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Стресс в нашем деле это лишнее. Ох- ох-ох... Фраппе, натурально фраппе.

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
Фраппе? Какое чудесное слово, князь! Это что?
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Это балетное па, когда балерина шлёп ножкой шлёп по другой ножке.

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
(глядя за угол в сторону молодой пары)
Тогда да. Полный фраппе.
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Просчёт, граф вышел, осечка. Но какова Венера! О!

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО

Ну, не знаю, мне наши балерины значительно больше нравятся.

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
(пропуская мимо ушей комментарий графа)
Ничего, ничего. Мы проиграли сражение, но не проиграли битву. Не вешать нос, граф. A la guerre comme a la guerre.
Князь срывается с места. Граф, замешкавшись, уносится за ним. Общий план весенней парижской улицы, на которой продолжает кипеть жизнь.

• ИНТ. PARIS LE GRAND HOTEL. НОЧЬ ПЕРЕД ПРЕМЬЕРОЙ ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ» С 18 НА 19 МАЯ 1908. ПАРИЖ.

Вид со спины на могучую фигуру мужчины, идущего по коридору фешенебельного отеля Paris le Grand Hotel. Мужчина подходит к двери номера 22 и с лёгкой заминкой стучит, сначала неуверенно один раз, потом, как будто отчаявшись, ещё три раза. Из-за двери доносится раздраженный голос Дягилева:
ДЯГИЛЕВ
Никого не жду! Убирайтесь к чертям!
МУЖЧИНА (ШАЛЯПИН)
Это я, Серёжа... Шаляпин... Не могу заснуть..

Дверь открывается. Перед ШАЛЯПИНЫМ стоит Сергей Дягилев в расшитом драконами роскошном халате. Его фигура в интерьерах легендарного Парижского отеля выглядит гармонично и убедительно:
ДЯГИЛЕВ
Входи, Фёдор Иванович. Располагайся.
ШАЛЯПИН
Я завтра петь... не могу. У меня... Боюсь... Голос... не звучит..

Шаляпин говорит отрывистыми фразами. Его голос, действительно, не звучит. Он бессильно садится на стул. Артиста явно лихорадит.

Прямая склейка со следующей сценой, которая происходит на следующий день, в день премьеры оперы «Борис Годунов».

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПЕРЕД ПРЕМЬЕРОЙ ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ».

19 Мая 1908, Париж.

Авансцена за закрытым занавесом. Рабочие в спешке довешивают

последние декорации. Неловкое движение и... Деталь конструкции падает, её едва успевают поймать в последний момент, практически у пола. Все на нервах. Снаружи, из-за занавеса доносится узнаваемый театральный шум заполняемого зала. Зрители занимают свои места. Рассаживаются. Толпятся в проходах. Обмениваются короткими репликами. Крупные планы отдельных людей в партере фокусируются на ложе с сидящей в ней красивой женщиной с элегантным моноклем в руках. Она окружена мужчинами, но не обращает на них никакого внимания. Это МИСИЯ ЭДВАРДС (МИСЯ СЕРТ) – легендарная «пожирательница гениев», светская львица, владелица одного из самых известных Парижских салонов, меценат и жена французского магната Альфреда Эдвардса, основателя газеты Le Martin.

ПРИМЕЧАНИЕ: МИСЯ ЭДВАРДС: МАДАМ СЕРТ ОНА СТАНЕТ В 1914 ГОДУ, КОГДА В ТРЕТИЙ РАЗ ВЫЙДЕТ ЗАМУЖ ЗА КАТАЛОНСКОГО ХУДОЖНИКА ХОСЕ МАРИЯ СЕРТА, НАСЛЕДНИКА БОЛЬШОГО СОСТОЯНИЯ. В 1912 ГОДУ ОНА НОСИТ ФАМИЛИЮ «ЭДВАРДС». АЛЬФРЕД ЭДВАРДС, ЕЁ ВТОРОЙ МУЖ БЫЛ МАГНАТОМ И ОСНОВАТЕЛЕМ ПОПУЛЯРНОЙ ГАЗЕТЫ LE MARTIN. В ТЕКСТЕ СЦЕНАРИЯ МЫ ВЕЗДЕ ИСПОЛЬЗУЕМ «МАРИЯ СЕРТ» ДЛЯ ТОЧНОЙ АТРИБУЦИИ ЭТОГО ВАЖНОГО В НАРРАТИВЕ ПЕРСОНАЖА, НО ВО ВРЕМЯ ПРОДАКШЕНА ИСТОРИЧЕСКАЯ ОБЪЕКТИВНОСТЬ БУДЕТ УЧТЕНА.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПЕРЕД ПРЕМЬЕРОЙ ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ».

19 МАЯ 1908, ПАРИЖ.

Общий план зала.
Дорого одетая публика. Даже на галёрке мелькают люди во фраках и дамы в шикарных платьях. В Гранд-Опера собрался весь цвет Парижа. Никто не догадывается в какой нервозной обстановке проходят последние минуты перед началом спектакля и предвкушают невероятное представление.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». 19 МАЯ

1908, ПАРИЖ.
Князь Фон Берг и граф Безбородько идут по коридору театра в сторону своей ложи. Князь продолжает недавно начатый разговор:

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
.. еще есть хор, мой друг, но это на самый крайний случай. Так сказать на безрыбье и хористка нимфа.
(князь заливается смехом ему кажется, что шутка удалась)
Но оперные певицы это фи, mauvais ton, даже не уговаривайте меня...

Князь Фон Берг и граф Безбородько заходят в ложу. Закрывают за собой дверь. Крупный план. На двери табличка с номером 13.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». ЛОЖА

№13. 19 МАЯ 1908, ПАРИЖ.
Князь Фон Берг рассматривает в бинокль зрительный зал. Граф Безбородько достает такой же и, не скрывая своего подражания князю, делает то же самое.

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
О ля-ля!

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
Что? Нашли?

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Нашёл. Но совсем не то, что мы с вами искали.



Не то?

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО


КНЯЗЬ ФОН БЕРГ

Совсем не то. Видите вон того человека в четвертом ряду справа? Вон, в черном фраке.
ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
Вон тот?
(показывает пальцем)
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Фи, мой друг, что за манеры, вы же не на Сенном рынке рыбу выбираете.
Сдержанней надо быть. Это СЕЛЕСТИН ХЕННИОН. Префект французской полиции. Страшный и очень влиятельный человек. Масон, кстати.
ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
(рассматривая Хенниона в бинокль)
С первого взгляда ничего в нем страшного нет.

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Да не пяльтесь на него так открыто, граф. Он один из первых людей французской контрразведки.
Правительство Франции прислушивается к его мнению
(переходит на шёпот)
В определенных кругах поговаривают, что если он посчитает русских ненадежными партнерами по Антанте, а

наши противники, кстати, серьезно стремятся убедить его в этом...

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
Германия?
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Не только. Тройственный союз. Германия, Австро-Венгрия и кто там еще... Так вот, Антанта может рассыпаться, как карточный домик. И тогда нам конец в надвигающейся войне.

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
Да что вы! Я, конечно, слышал про ситуацию, но... чтобы так серьёзно!

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Ой, граф, какой же вы, так сказать, обрывок, еще придётся много в вас вложить. Как Пигмалион в свою Галатею.
ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
А откуда вы про всё это знаете?
Князь Фон Берг оглядывается по сторонам, чтобы убедиться не наблюдает ли кто-нибудь за ними. Из потайного кармана своего сюртука он достаёт кулон. На нем – наугольник и циркуль, масонский знак – точно такой же мы видели в сцене с князем Волконским и Владимиром Теляковским (эп.1.8).

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
(излишне эмоционально) Так вы тоже мас...

КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Тсссс! Опять ваши эмоции, граф! Да, тоже.. и вас, голубчик, планирую пристроить. Неограниченные возможности, мой друг. Но это не просто, сами понимаете. Только никому.

ГРАФ БЕЗБОРОДЬКО
Клянусь!
(граф крестится)
КНЯЗЬ ФОН БЕРГ
Прекрасно. Но.. не будем о скучном! У нас здесь есть более интересные

перспективы.
Князь направляет свой бинокль в сторону сцены. Граф с восхищением смотрит на князя, затем в точности повторяет его движения. Оба смотрят в бинокли в одном направлении.

• ИНТ. ЗА КУЛИСАМИ ТЕАТРА ГРАНД-ОПЕРА. НЕСКОЛЬКО МИНУТ ДО ПРЕМЬЕРЫ ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». ПРОДОЛЖЕНИЕ СЦЕНЫ эп.2.12. 19 МАЯ 1908, ПАРИЖ.

За кулисами, сбоку от авансцены стоит безупречно одетый Сергей Дягилев во фраке и в белоснежных перчатках. Несмотря на незавершенность нескольких декораций, он абсолютно спокоен.
Рядом с ним в роскошном костюме Бориса Годунова из второй картины пролога «в образе» стоит ШАЛЯПИН. Он также спокоен, но в раздумье, как бы обращаясь к самому к себе, говорит:

ШАЛЯПИН
Без генеральной репетиции.. Что ж.. Холопы.. блядь...

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». ЛОЖА 2.

19 МАЯ 1908, ПАРИЖ.
МИСЯ СЕРТ улыбается и подносит монокль к лицу.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЦЕНЫ 2.16

Дягилев, не обращая внимание на ШАЛЯПИНА, вопросительно смотрит на распорядителя сцены и получив от него утвердительный кивок, коротким жестом, – рука в белой перчатке повелительно взлетает вверх (мы этот жест уже видели), сразу понятно, кто здесь настоящий царь,– даёт указание о начале спектакля и исчезает в глубине кулис. Занавес медленно открывается. Аплодисменты зрителей. Русские Сезоны начались.

Титр: ДЯГИЛЕВ

• ИНТ. ПАРИЖ. ТЕАТР ШАТЛЕ. Улица Эдуара Колонна 2. КАФЕ. ПОЗДНИЙ

ВЕЧЕР. 29 Мая 1912. После премьеры «Фавна». Флэшфорвард.

Досматриваем финальную сцену первой серии.
ПОЛКОВНИК СЕРГЕЙ ЯНКОВСКИЙ ведёт ЛИЗУ СЕЛЕЗНЁВУ через основной зал кафе, заполненного театральной публикой. Все активно обсуждают премьеру. Никто не узнаёт в Лизе артистку спектакля, но некоторые мужчины отмечают её молодость и красоту весьма нескромными взглядами. Полковник подводит девушку к столику, вежливо помогает сесть и сам садится напротив. К ним тут же подходит ОФИЦИАНТ. Говорит на безупречном французском:
ОФИЦИАНТ
Все, как обычно, Сергей Яковлевич?


ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Не совсем, мой друг. Бокал шампанского для меня и лимонад для дамы. Спасибо, Жак.

Официант удаляется. Продолжается диалог между полковником и актрисой, которая, кажется, пришла в себя. Однако её волнение выдают руки. Они лежат на коленях. Пальцы нервно сжимают измятый конверт.
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Елизавета Ивановна, позвольте представиться ещё раз...

ЛИЗА СЕЛЕЗНЕВА
Не стоит, Сергей Яковлевич. В этом нет нужды. Я прекрасно помню кто вы и какую организацию представляете здесь, в Париже. Я также помню, что вы хотели поговорить о моём бедном брате, офицере АНДРЕЕ ИВАНОВИЧЕ СЕЛЕЗНЁВЕ, хотя, ума не приложу, как вы можете нам помочь. Итак, я вас слушаю.

ПОЛКОВНИК ЯНКОВКИЙ
Спасибо, Елизавета Ивановна. Одно уточнение: сейчас мы говорим о бывшем поручике лейб-гвардии Преображенского полка Русской императорской армии...
ЛИЗА СЕЛЕЗНЁВА
Я знаю, знаю... Давайте ближе к делу, Сергей Яковлевич.

• НАТ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. НАРВСКИЕ ВОРОТА. 9 (22) ЯНВАРЯ 1905.

ФЛЭШБЭК.

Толпа рабочих, численностью более ста пятидесяти тысяч человек во главе со священником Георгием Гапоном движется к Зимнему Дворцу, чтобы вручить императору Николаю II коллективную петицию. По плану Гапона, колонны мирного шествия должны преодолеть заставы на окраинах города, чтобы соединиться на Дворцовой площади, вызвать царя из Царского Села и предложить ему принять депутацию. Однако этим планам не суждено сбыться. В районе Нарвских ворот дорогу мирному шествию преграждают солдаты с ружьями наперевес. На боковых, примыкающих к Нарвской площади улицах ждут приказа отряды кавалерии.

• ИНТ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. НЕВСКИЙ ПРОСПЕКТ. КВАРТИРА. 9 (22) ЯНВАРЯ

1905.
В огромной и богато обставленной квартире находятся двое – Сергей Дягилев и полковник Янковский. Они стоят у окна и задумчиво смотрят на заснеженный Невский, по которому движется огромная толпа просто одетых людей, преимущественно, рабочих, среди которых иногда мелькают женщины и даже дети. Однако при всей необычности ситуации, никакой тревожности шествие не вызывает.
Лица людей светятся надеждой, как будто они пришли на праздник или уличный фестиваль. Многие улыбаются и весело что-то обсуждают.
ДЯГИЛЕВ
(задумчиво)
Однако... Всё, как вы и говорили, Сергей Яковлевич. Но я предположить не мог такого размаха. Одно успокаивает – пока всё это выглядит достаточно мирно.

ПОЛКОВНИК ЯНКОВКИЙ
Первое впечатление обманчиво, Сергей Павлович. Спичку стоит поднести и вся эта «мирность» полыхнет, как пороховой склад.

ДЯГИЛЕВ
Мне кажется, вы несколько преувеличиваете, полковник. Или я не прав?

ПОЛКОВНИК ЯНКОВКИЙ
Вы не правы, Сергей Павлович. В нашем ведомстве очень серьезно относятся к этой ситуации... (потом задумчиво) А ведь её можно было избежать, или смягчить..
ДЯГИЛЕВ
Что вы имеете в виду?
ПОЛКОВНИК ЯНКОВКИЙ
Ну, если без особых деталей... Вы, наверное, не знаете, но курс нашего министра (имеется в виду министр МВД князь Святополк-Мирский) на доверие к обществу, достаточно прогрессивный, но, на мой взгляд, популистский и преждевременный, привел к значительной активизации оппозиции. Контроль был ослаблен, местами, полностью утерян.
Что случилось за год, точнее, за

последние несколько дней, вы видите сами, но уточню. По нашим сводкам в Петербурге бастуют более шестисот предприятий со ста двадцатью тысячами рабочих. Это они сейчас по Невскому идут (полковник безразлично кивнул на толпу), а ведь началось-то всё с Путиловского завода и четырёх бедолаг, которых уволили за какой-то пустяк. Но рыба, как вы знаете, гниёт с головы... (задумчиво)

ПРИМЕЧАНИЕ: КНЯЗЬ ПЁТР ДМИТРИЕВИЧ СВЯТОПОЛК-МИРСКИЙ – РУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ, ГЕНЕРАЛ-АДЪЮТАНТ, ГЕНЕРАЛ ОТ КАВАЛЕРИИ, ЗАНИМАЛ ДОЛЖНОСТЬ МИНИСТРА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ (1904-1905), С КОТОРОЙ БЫЛ УВОЛЕН, ВСКОРЕ ПОСЛЕ НАЧАЛА МАССОВЫХ БЕСПОРЯДКОВ В ЯНВАРЕ 1905 ГОДА.

ДЯГИЛЕВ
Боюсь предположить, кого вы имеете в виду, Сергей Яковлевич?


ПОЛКОВНИК ЯНКОВКИЙ
Вашего приятеля Алексея Ивановича Путилова и его дружка банкира Рубинштейна.

ДЯГИЛЕВ
Да вы что, Сергей Яковлевич! Это приличные, уважаемые люди!!
Дягилев искренне удивлён.

Полковник Янковский отходит от окна и садится кресло, раскуривает сигару.

ПОЛКОВНИК ЯНКОВКИЙ
Как вам угодно, Сергей Павлович (со смехом). Вы это в Берлине их коллегам расскажите...

Переход плана. Продолжение сцены 2.22

• НАТ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. НАРВСКИЕ ВОРОТА. 9 (22) ЯНВАРЯ 1905.

ФЛЭШБЭК.

Вид сверху на толпы демонстрантов, стекающихся к Зимнему дворцу с разных направлений, затем, крупно – лошади, хмурые лица жандармов, солдат, снимающей ружьё с плеча и.. группа молодых людей, не похожих на рабочих Путиловского завода. Они

сосредоточены и явно готовы к действию.
Из толпы демонстрантов звучат выстрелы и тут же крики:

ГОЛОСА ИЗ ТОЛПЫ
Провокаторы!! Провокаторы!!!
Несколько солдат падают. Стоны первых раненых. Офицер на коне поднимает саблю и хладнокровно командует:

ОФИЦЕР
Пли!
Залпа мы не слышим. Переход плана.

• ИНТ. КАЗАРМЫ ПРЕОБРАЖЕНСКОГО ЛЕЙБ-ГВАРДИИ ПОЛКА. Через 11

месяцев. Декабрь 1905. ФЛЭШФОРВАРД
Офицерам Преображенского полка зачитывают приказ императора Николая II, в котором Преображенскому и Семёновскому полкам предписывается идти в Москву на подавление вооруженного восстания

ПРИМЕЧАНИЕ: ВООРУЖЁННОЕ ВОССТАНИЕ В МОСКВЕ 9 (22)–18 (31) ДЕКАБРЯ
1905 – КУЛЬМИНАЦИОННЫЙ ЭПИЗОД ПЕРВОЙ РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ 1905-1907.

Офицеры мрачно слушают текст государственной депеши. Один из них
– поручик Андрей Селезнев вполголоса говорит в сердцах:

АНДРЕЙ СЕЛЕЗНЁВ
Мы же не жандармы, господа!

• ИНТ. ТЕАТР ШАТЛЕ. КАФЕ. ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР. Улица Эдуара Колонна 2.

29 Мая 1912. ПОСЛЕ ПРЕМЬЕРЫ «ФАВНА». ПАРИЖ. Продолжение эп.2.4
Флэшфорвард.
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Если ближе к делу, то так.. После революции полетели головы. Вам, Елизавета Ивановна, как никому другому, это прекрасно известно. Голова поручика Андрея Ивановича Селезнева в вашей героической семье слетела первой. Об этом, кстати, до сих пор не знает ваш отец полковник Иван Петрович Селезнёв. Итог – суд, отставка и незавидное место в одной подмосковной школе за гроши без каких-либо перспектив впереди. Вам повезло значительно больше.
Увольнение из Императорского театра в 1906, скорее, пошло вам на

пользу. Каким-то чудом вы, красавица-дворянка, не оказались на улице, – приношу извинения, если это прозвучало грубо, – а попали в блистательную антрепризу Сергея Павловича Дягилева. Не задавались вопросом как это случилось?
Лиза смотрит на полковника с изумлением, с растущим интересом, внимательно, не перебивая. Камера выхватывает отдельные лица в кафе. Встречно, мы видим субъектив – за Лизой и полковником кто- то наблюдает (официант).
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
А сейчас, – полковник продолжает свой монолог через эффектную паузу, – вы получили письмо, которое держите в руках, и в котором, я уверен, бывший поручик Андрей Иванович Селезнёв рассказывает о своей жизни, о своих прекрасных деревенских детишках, которых воспитывает в убогой глуши, а еще о том, что он – офицер, и служба на благо Отечества не выходит у него из головы... Ничего не перепутал, Елизавета Ивановна?
ЛИЗА СЕРЕЗНЁВА
Все верно, Сергей Яковлевич, но замечу, читать чужие письма недостойно дворянина. Вы же дворянин, Сергей Яковлевич?
Лиза посмотрела на Янковского в упор и полковнику показалось, что в её глазах сверкнули зелёные искры.

ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Конечно. Недостойно, однозначно. Но я и не читал, я предположил, потому что мы очень хорошо знаем Андрея Ивановича Селезнёва. Прекрасный человек. А вот за корреспонденцией проследили. А знаете почему? Потому что именно сейчас мы можем помочь вашему брату, а вы..., вы можете помочь Отечеству, как и он, кстати.
ЛИЗА СЕЛЕЗНЕВА
Полковник, я очень надеюсь, что не услышу от вас непристойных предложений. Я совсем вас не знаю, чтобы требовать деликатности и

благородства, но.. прошу вас...
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Все просто. Мы восстановим Андрея Селезнева в звании, только не поручика, а штабс-капитана, и вернем в войска, о чём он и мечтает... эпистолярно, так сказать, и здесь есть важное уточнение. Уверен, вы не совсем в курсе, но в мире сейчас не всё спокойно. Мы должны готовиться и нам нужны... свои люди.

ЛИЗА СЕЛЕЗНЕВА
Сергей Яковлевич, осторожнее, я просила..

ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
...мы поможем вам войти в высший свет Парижского общества, познакомим с известными и влиятельными людьми. От вас ничего особенного не потребуется, только слухи, разговоры, возможно, какая- то случайная информация, не более. И да... денег у канцелярии* нет, есть только просьба... немного послужить Отечеству, как я и говорил вам ранее, Елизавета Ивановна.
Переход плана.

• PARIS LE GRAND HOTEL. ДЕНЬ ПЕРЕД ПРЕМЬЕРОЙ ОПЕРЫ «БОРИС

ГОДУНОВ». 18 Мая 1908 год. Париж.

На сцене Гранд-Опера стоит толпа плохо одетых и дурно пахнущих людей. По виду, бродяги, в лучшем случае, разнорабочие с окраин Парижа. Русские артисты с интересом наблюдают за происходящим. Они привыкли к выкрутасам Дягилева. Французские музыканты и персонал, которое также присутствуют здесь брезгливо морщатся. На сцену выходит Дягилев, обращается к кому-то за кулисами:
ДЯГИЛЕВ
Иван Сергеевич, реквизит для «бояр»
готов?

Из-за кулис появляется распорядитель спектакля. За ним следует несколько рабочих сцены с огромными мешками.

ДЯГИЛЕВ
Приступайте!
РАСПОРЯДИТЕЛЬ
Последнюю группу сейчас приведём. Отмываем, Сергей Павлович, и обрабатываем. Сами понимаете, блохи, клещи.. Директор театра гудит, руками машет, обещает скандалить с вами, но.. Лучшие бродяги Парижа в вашем распоряжении. Все, как на подбор. Красавцы!
ДЯГИЛЕВ
Иван Сергеевич, пошли директору от меня бутылку коньяку. Возьми у меня в секретере. Немедленно!
Бродяги переодеваются в шубы, платья и горлатные боярские шапки, одевшись, весело перемигиваются и переминаются с ноги на ногу.
Они радуются, как дети и, как дети не могут сдержать своих эмоций. «Бояре» начинают танцевать, показывать друг на друга пальцами и хохотать. Глядя на них, снисходительно улыбается Дягилев, хохочет Шаляпин, Бенуа, а вместе с ними и все остальные.

ДЯГИЛЕВ
Хороши черти!

• ИНТ. РЕСТОРАН «МАКСИМ». ЗА ДЕНЬ ДО ПРЕМЬЕРЫ ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». 11:00, 18 Мая 1908. ПАРИЖ.

За столом в ресторане сидят и разговаривают СЕРГЕЙ ДЯГИЛЕВ, художник-постановщик оперы АЛЕКСАНДР БЕНУА и французский импресарио, инвестор первых «Русских Сезонов» ГАБРИЭЛЬ АСТРЮК. Они обсуждают «Годунова». На столе чашки с кофе, кофейник.
Зритель застаёт финал их встречи.
АСТРЮК
(раздраженно, фр.)
Я не понимаю, Серж, зачем тебе вода на сцене в таком количестве? Это первый вопрос и второй, – почему я узнаю об этом за день до премьеры?
ДЯГИЛЕВ
Я хочу сделать настоящий, а не бутафорский фонтан! Это будет грандиозно.

АСТРЮК
Фонтан!! Нет и еще раз нет! Пожарные не

разрешат подключаться к гидрантам, это исключено.

ДЯГИЛЕВ
(по-русски)
Черт с ними, трусливые свиньи. (фр.)
Габриэль, мне нужно еще двенадцать тысяч франков. Я уже вложил все свои деньги, но этого не хватило. Необходимо доплатить за костюмы и декорации.

АСТРЮК
(фр.)
ЧТО!!! ДО-ПЛА-ТИТЬ?! Я же дал тебе шестьдесят тысяч. Ты обещал, что твои высокие покровители из России покроют остальные расходы?!
ДЯГИЛЕВ
Они покрыли и дали, но в процессе постановки возникли новые идеи, ты же знаешь..
АСТРЮК
Серж, как это понимать?
ДЯГИЛЕВ
А так и понимать, денег нет! Если сегодня к вечеру я не расплачусь со всеми – опера не состоится.
Дягилев быстро встает, откланивается, надевает цилиндр и поспешно уходит. Бенуа, не ожидая такого поворота, поспешно вскакивает и опрокидывает чашку с кофе на стол.

БЕНУА
(по-русски)
Извиняюсь. До свиданья.

АСТРЮК
(кричит в след, фр.)
Серж, ты негодяй и авантюрист! Денег больше не дам!

Смотрит на пролитый кофе.
АСТРЮК
(фр.)
Свиньи!

• НАТ. ПЕРЕД РЕСТОРАНОМ «МАКСИМ» НА 3 RUE ROYALE ЗА ДЕНЬ ДО ПРЕМЬЕРЫ ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». 11:10, 18 Мая 1908. ПАРИЖ.

Дягилев быстрым шагом идет по направлению к театру. Бенуа догоняет его.

БЕНУА
Серж, что это было?

ДЯГИЛЕВ
А то, что денег нет.

БЕНУА
И что делать?

ДЯГИЛЕВ
Не знаю. Точнее, пока не знаю. Астрюк должен достать, у него нет выхода.
Бегом в театр. Пятнадцать минут и мы там.
БЕНУА
Давай возьмем авто и доедем.
ДЯГИЛЕВ
Саша, какой авто! Я даже за кофе не заплатил, в кармане – последние сто франков!

Дягилев быстрым шагом уходит. Бенуа идёт рядом.
БЕНУА
Серж, но я тебя не понимаю, зачем такой размах, когда у тебя денег даже на кофе нет.

ДЯГИЛЕВ
Потому что французы должны увидеть настоящее русское искусство и я хочу, чтобы они его не просто увидели, а языки откусили от восторга.
Дягилев ускоряет шаг. Бенуа почти бежит за ним.
ДЯГИЛЕВ
(продолжает)
.. это Астрюк ещё не знает, что после
«Годунова» я всех денег ему не верну! (хохочет)

БЕНУА
Как!! Как не вернешь?!!


ДЯГИЛЕВ
Доход даже при полном аншлаге не покроет расходов. В кассе не будет достаточного количества средств.

БЕНУА
Серж, ты безумен!

Дягилев по-мефистофельски хохочет.

• НАТ. ПЕРЕД ТЕАТРОМ ГРАНД-ОПЕРА. ЗА ДЕНЬ ДО ПРЕМЬЕРЫ ОПЕРЫ

«БОРИС ГОДУНОВ». 11:45, 18 Мая 1908. ПАРИЖ
Дягилев и Бенуа подходят к служебному входу в Гранд-Опера. С незаметной лавочки, прикрытой цветущим каштаном поднимается девушка. Это одна из артисток кордебалета, занятых в постановке оперы.
ТАНЦОВЩИЦА (МАША)
Сергей Павлович..
Дягилев останавливается и пристально смотрит на девушку.
ДЯГИЛЕВ
Маша? Что случилось? Почему ты не на репетиции?

МАША
Сын... заболел.. Совсем нет денег. Извините, Сергей Павлович, но мне больше не к кому обратиться.
Она изо всех сил старается сдержать слезы, но они градом хлынули из глаз. Дягилев подходит к девушке, обнимает её и достает из кармана изрядно помятую стофранковую купюру.

ДЯГИЛЕВ
Не волнуйся, Маша. Срочно вызывай врача и найми сиделку. Все обойдется. Хотя нет, не так. Бери сына, экипаж и мигом в Le Grand-Hotel. Заселяйся ко мне в восемнадцатый. Врача я вызову сам.
Бенуа с нескрываемым удивлением смотрит на Дягилева, видно, что он не часто замечал за ним такое проявление эмпатии.

Девушка в растерянности убегает, потом останавливает и кричит с другой стороны улицы:

МАША
Спасибо, Сергей Павлович!


Но Дягилев с Бенуа этого не слышат, они скрылись за дверью театра.

ДЯГИЛЕВ
(со смехом, поворачиваясь к Бенуа) Ну вот, теперь точно даже на кофе не хватит. Это я люблю!! За дело!

• НАТ. PARIS LE GRAND HOTEL. НОЧЬ ПЕРЕД ПРЕМЬЕРОЙ ОПЕРЫ «БОРИС

ГОДУНОВ» с 18 на 19 Мая 1908. Париж. Захват и продолжение эп.2.2.

Тёплая майская ночь. Красиво подсвеченный фасад Paris le Grand Hotel проступает через молодую листву платанов на 2-ой Rue Scribe. Одинокие прохожие. Парочка клошаров в тени деревьев. К парадному входу приближается крупный, представительный мужчина. По походке видно, мужчина либо спешит, либо чем-то озадачен. Ему открывает дверь швейцар, который узнаёт ночного посетителя и вежливо пропускает его в ярко освещённый холл фешенебельного отеля.
Переход плана.

• ИНТ. PARIS LE GRAND HOTEL. НОЧЬ ПЕРЕД ПРЕМЬЕРОЙ ОПЕРЫ «БОРИС

ГОДУНОВ» с 18 на 19 Мая 1908. Париж.

Вид со спины на могучую фигуру мужчины, который идёт по коридору. Мужчина подходит к двери номера 22 и с лёгкой заминкой стучит, cначала неуверенно один раз, потом, как будто отчаявшись, ещё три раза.
Параллельный монтаж. Переход плана.

• ИНТ. PARIS LE GRAND HOTEL. В НОМЕРЕ ДЯГИЛЕВА. НОЧЬ ПЕРЕД ПРЕМЬЕРОЙ ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ» с 18 на 19 Мая 1908. Париж.

Дягилев спит. Слышится легкий стук в дверь. Дягилев просыпается, приподнимается, набрасывает на плечи халат и включает светильник. В недоумении смотрит в сторону двери, – Может показалось? – но стук повторяется.
ДЯГИЛЕВ
Никого не жду! Убирайтесь к чертям!
МУЖЧИНА ЗА ДВЕРЬЮ (ШАЛЯПН)
Это я, Серёжа... Шаляпин... Не могу заснуть.. Стучался в восемнадцатый.. Там Маша из кордебалета.. сказала ты здесь..
Параллельный монтаж. Переход плана.

Дверь открывается. Перед Шаляпиным стоит Сергей Дягилев в расшитом драконами (шинуазри) роскошном халате. Он старательно пытается скрыть раздражение. Его фигура в интерьерах легендарного Парижского отеля выглядит гармонично и убедительно. Шаляпин, напротив, кажется маленьким, съёжившимся человеком, несмотря на то, что едва помещается в проёме двери. Он, как заигравшийся на улице и забывший про время ребёнок, хочет без приглашения протиснуться в номер, но спохватывается и нерешительно замирает на пороге.
ЗАХВАТ И ПРОДОЛЖЕНИЕ эп.2.13

ДЯГИЛЕВ
Входи, Фёдор Иванович. Располагайся.

ШАЛЯПИН
Я завтра петь... Не могу. У меня... Боюсь... отчаянно... Голос... не звучит.

Шаляпин говорит отрывистыми фразами. Его голос, действительно, не звучит. Он бессильно садится на стул. Артиста явно лихорадит.

ШАЛЯПИН
(повторяя, как в бреду)
Сергей, беда, беда... Я завтра петь не могу, голос пропал.
ДЯГИЛЕВ
Так, Федя, спокойно. Как это пропал?
ШАЛЯПИН
Вот взял и пропал... Откуда же мне знать... Совсем... Мать честная..

Голос Шаляпина и вправду кажется немного сиплым, но опытный Дягилев, похоже, знает причину недуга своего главного артиста. Он по-дружески, под руку поднимает Шаляпина со стула и тянет из прихожей в огромную гостиную. Собирается включить верхний свет, но передумывает и включает торшер. Мягкий свет разливается по комнате, проявляя отдельные элементы богатого (art nouveau) интерьера. Дягилев усаживает Шаляпина за стол, а сам подходит к стеклянному журнальному столику, на котором рядом со стопкой газет стоят бутылки с крепким и дорогим алкоголем. На первой полосе одной из газет (крупно) заголовок «БОРИС ГОДУНОВ». Дягилев открывает начатую бутылку коньяка Prunier, оглядывается в поиске стакана, не находит ничего подходящего, чертыхается и наливает янтарную жидкость в хрустальный фужер для шампанского.
Подозрительно смотрит на четверть заполненный фужер, улыбается, наполняет его почти до краев, замирает в раздумье и уверенно наливает коньяк во второй фужер.

ДЯГИЛЕВ
(мягко, но настойчиво) Пей, Федя!

ШАЛЯПИН
(неуверенно, как капризный ребёнок) А мёд, лимон...?
ДЯГИЛЕВ
(с хохотом)
И модисток в номер... Хрен тебе, Федя! Пить будем без лимона и мёда. Вот ещё, моду взял!
Шаляпин одними пальцами берёт фужер, – что выглядит комично на фоне его огромной ручищи,– и, кажется, вот-вот опрокинет бокал с 55-градусным коньяком одним махом.

ДЯГИЛЕВ
Да, тише ты! Медленнее, медленнее... Это же не сивуха с базара.

Переход плана. Лёгкий флэшфорвард.

Почти пустые фужеры на столе. Шаляпин отчаянно грызёт яблоко. Дягилев расхаживает по номеру, как полководец, в роскошном халате он почти сливается с интерьерами номера и выглядит величественно. Подхватываем часть диалога (скорее, монолога Дягилева), который пропустили:
ДЯГИЛЕВ
Ты взволнован, Федя, я понимаю. Конечно, что-то у нас не готово...

ШАЛЯПИН
(делая маленький глоточек из фужера) Ага... Многое... У нас всё не готово.
ДЯГИЛЕВ
Всё не готово... эээ... Что значит всё!? (в раздумье) Нет, не всё! Многое не готово. Соглашусь. Но главное-то у нас есть! Прекрасные декорации, гениальные исполнители. Даже если я вас в одних трусах на сцену выпущу, вы на уши поставите эту публику!!!
ШАЛЯПИН (испуганно)
Как в трусах, Серёжа???
Шаляпин всё еще напуган и, кажется, не замечает шутки, а потом,

всё же распознав юмор в реплике Дягилева, начинает хохотать вместе с ним.

ШАЛЯПИН
Ха-Ха-Ха... Ха-Ха (не может остановится), в трусах... Царя и девок... Ха-Ха-Ха... и Бенуа и Лёню Бакста в трусы... Ха-Ха.. Голос стал лучше... как будто. Серж, да ты волшебник!
ДЯГИЛЕВ
(абсолютно серьёзно) Волшебник. Так и есть!

ШАЛЯПИН
Откуда в тебе столько уверенности? Это поразительно! Действительно, лучше стало!

ДЯГИЛЕВ
Вот и прекрасно! Ты, Федя, домой ступай! Поспать тебе перед премьерой надо.

Шаляпин поднимается, прощается с Дягилевым и... снова беспокойство, страх и бессилие овладевают им. Он не может уйти, боится остаться один, без поддержки. За несколько часов до премьеры громадный Шаляпин сломался, не выдержав напряжённую обстановку вокруг спектакля, жесточайший режим репетиций, «пафос» Русских Сезонов, невероятную шумиху в прессе. Весь этот шквал событий, слухов, интриг раздавил исполнителя главной роли, вселил страх в большого человека.

ШАЛЯПИН
Я останусь у тебя, Сережа, переночую здесь где-нибудь, вот на стуле... прямо тут..

ДЯГИЛЕВ
Конечно, мой друг, но... стул... не маловат?

ШАЛЯПИН
Ничего страшного. Мне подойдёт.
И Шаляпин в чем был, в одежде и ботинках, не дожидаясь ответа втискивается в кушетку. Его огромная фигура явно больше её размеров, но это не останавливает артиста.

ШАЛЯПИН
Вот видишь и хорошо... Ничего и не

маленькая, а очень даже хорошо подходит...

Шаляпин закрывает глаза и как ребенок засыпает бормоча.
ШАЛЯПИН
Ой, Серж, какой ты смелый. С тобой так спокойно, ты ничего не боишься...
Очень, очень смелый!
Шаляпин храпит. Дягилев гасит свет и прикрывает дверь в коридор, где на кушетке спит Шаляпин. Затем быстро подходит к столику с напитками и наливает остатки коньяка в тот же фужер для шампанского. Его руки трясутся. Выпивает залпом. Морщится.
Подходит к окну и смотрит, то ли на ночной Париж, то ли на свое отражение... А потом очень спокойно уверенно говорит:

ДЯГИЛЕВ
Я очень смелый!
l-склейка со следующим эпизодом.

Спящий на кушетке огромный Шаляпин. Дягилев в халате ходит по громадному номеру Гранд-Отеля в раздумье.

• ИНТ. В РЕЗИДЕНЦИИ ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ ВЛАДИМИРА АЛЕКСАНДРОВИЧА

(Дворцовая набережная 26, СПб). ЗА ДЕНЬ ДО ПРЕМЬЕРЫ «БОРИСА ГОДУНОВА». 18 Мая 1908. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ.
Резиденция Великого князя Владимира Александровича. Фасад в стиле неоренессанса с арочными окнами, рустованными стенами (облицованными гранитным камнем с грубо сколотой поверхностью) напоминает флорентийское палаццо. Интерьеры выполнены в разных стилях – рококо, ренессанс, русском, готическом. Несмотря на такое многообразие, внутреннее убранство Дворца гармонично, обстановка не кажется чрезмерной. Роскошь резиденции полностью соответствует императорскому статусу её обитателей, однако имеет лёгкий, едва считываемый «бутафорский подтекст». Это поддерживает общий антураж разворачивающихся в Гранд-Опера событий, – по сути, тоже бутафорских, – и усиливает эффект от прямо противоположных, реальных сцен на улицах Санкт-Петербурга (эп.2.22, 2.23, 2.24 и 2.25).

Адъютант заходит в кабинет и передает Великому князю билеты на элитарный поезд Nord Express, стопку депеш и свежую прессу из Парижа. Владимир Александрович быстро читает заголовки и удовлетворенно улыбается:
ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ
Не подвел Дягилев. Молодец. Сообщите Марии Павловне. Завтра выезжаем в Париж.


АДЪЮТАНТ
Вашем императорское величество, Матильда Феликсовна тоже собиралась на премьеру, просила Вашего разрешения.

ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ
Ох, лиса (с улыбкой). Передайте Кшесинской мою просьбу – желательно, чтобы она осталась в Санкт-Петербурге. Я еду в Париж с супругой. Постарайтесь сделать это деликатно и.., пожалуйста, проследите. Мне неожиданности на премьере не нужны.

За кадром накатывается гром аплодисментов из Гранд-Опера. Переход плана. Подхватываем сцену 2.20.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». СЦЕНА.

19 Мая 1908 год, Париж.
Занавес медленно открывается под оркестровую увертюру и бешенные аплодисменты зрителей. На сцене – огромное количество артистов массовки на дворе Новодевичьего монастыря. Ворота в монастырской стене с башенкой. На авансцену входит пристав Никитич. Обращается к народу (бас):

ПРИСТАВ (к народу) Ну, что ж вы?
Что ж вы идолами стали? Живо, на колени!
Ну же! (Грозит дубинкой) Да ну! Эко чёртово отродье.

Народ встаёт на колени.
НАРОД (хор)
На кого ты нас покидаешь, отец наш! Ах, на кого-то да ты оставляешь, кормилец! Мы да все твои сироты беззащитные.
Ах, да мы тебя-то просим, молим Со слезами, со горючими:
Смилуйся! Смилуйся! Смилуйся! Боярин-батюшка! Отец наш!
Ты кормилец! Боярин, смилуйся!

Пристав уходит. Народ остаётся на коленях.
Публика в зале замерла в восхищении от такого размаха и исполнения.


Переход плана. Короткий флэшфорвард.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». 19 Мая

1908. ПАРИЖ.

В зале люди взбираются на кресла, с исступлении кричат, стучат, машут платками, у некоторых на глазах слёзы.

Переход плана. Параллельный монтаж.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». ЗА КУЛИСАМИ. 19 Мая 1908. ПАРИЖ.

Сцену «коронования» (в зале начинается настоящий триумф) Дягилев почти не видит. В этот момент он сам, за кулисами выпускает процессию статистов.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». СЦЕНА.

19 Мая 1908. ПАРИЖ.
Вид на сцену с великолепными декорациями из зрительного зала.

Площадь в Кремле московском. Прямо перед зрителями, в отдалении Красное крыльцо царских теремов. Справа, ближе к авансцене, народ на коленях занимает место между Успенским и Архангельским соборами (паперти соборов видны). Великий колокольный звон на сцене. Шествие бояр в собор. Величественная картина. Пафос возрастает.
КНЯЗЬ ШУЙСКИЙ (показываясь на паперти Успенского собора).
Да здравствует царь Борис Феодорович!
НАРОД (приподнимается).
Живи и здравствуй, царь наш батюшка!

КНЯЗЬ ШУЙСКИЙ.
Славьте!
НАРОД
Уж как на небе солнцу красному Слава, слава! Уж и как на Руси царю Борису Слава!
Торжественное царское шествие из собора. Пристава ставят народ шпалерами.

Переход плана. Короткий флэшфорвард.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». ЗА КУЛИСАМИ. 19 Мая 1908. ПАРИЖ.

Машинисты сцены, пораженные таким успехом немного замешкиваются, и Дягилев во фраке и в белых перчатках бросается сам переносить декорации...
Переход плана.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». ЗА КУЛИСАМИ. ПРОЛОГ. КАРТИНА 2 – «СЛАВА». 19 Мая 1908. ПАРИЖ.

ДЯГИЛЕВ (кому-то)
Михайло Потапыча мне! Быстро!!

Распорядитель тащит Дягилеву костюм медведя с отстегивающейся головой. Дягилев тут же одевает коричневый мохнатый комбинезон прямо на фрак. Из рукавов торчат руки в белых перчатках, в которых он держит голову «Потапыча». Дягилев неистово хохочет и огромными прыжками присоединяется к массовке на сцене.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». СЦЕНА.

19 Мая 1908. ПАРИЖ.
Под колокольный звон шествие направляется к Архангельскому собору. Народ ломится к храму. Приставы наводят порядок.
Сутолока. Борьба приставов с народом. Борис показывается в арке ворот собора и направляется к теремам. Ликующий звон колоколов.

ХОР (НАРОД)
Слава! Слава! Слава! Слава!
Переход плана. Параллельный монтаж.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». ЛОЖА 2.

19 Мая 1908. ПАРИЖ.

На сцену в восхищении смотрит МИСЯ СЕРТ. Когда на сцене появляется Дягилев в костюме медведя, она хохочет, поворачивается к одному из своих спутников и перекрывая восторженные крики из партера, тутти оркестра и хор, восклицает:
МИСЯ СЕРТ
Кто это такой забавный? Медведя же нет в либретто!!!
СПУТНИК МАДАМ СЕРТ
Это же сам Дягилев!!!
МИСЯ СЕРТ
Он абсолютно сумасшедший! Он бесподобен!!


Переход плана. Параллельный монтаж.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». ЗА КУЛИСАМИ. 19 Мая 1908. ПАРИЖ.

В это же время мы видим озорников НИКОЛАЯ и ОЛЕНЬКУ, укрывшихся за одной из декораций. Они в диком восторге.

ХОР (мощно)
Слава! Слава!
Слава!..
Вдруг ОЛЕНЬКА неожиданно громко и немного фальшиво начинает петь вместе с хором... Марсельезу.

ОЛЕНЬКА
Allons enfants de la Patrie, Le jour de gloire est arrivé ! Contre nous de la tyrannie
L'étendard sanglant est levé, (bis) Entendez-vous dans les campagnes Mugir ces féroces soldats?
Ils viennent jusque dans vos bras Égorger vos fils, vos compagnes!
НИКОЛАЙ с изумлением смотрит на свою подругу, пытается со смехом закрыть ей рот рукой, потом подпевает и... целует её в губы!
Декорация падает!
ХОР (мощно)
Слава! Слава! Слава!

Переход плана.

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». 19 Мая

1908. ПАРИЖ.
Дягилев в костюме медведя за спинами хористов недоуменно оглядывается на декорацию, за которой укрылись НИКОЛАЙ с ОЛЕНЬКОЙ. Ему кажется, что он слышит «Марсельезу».. Нет, наверное, показалось.
ХОР (мощно)
Слава! Слава! Слава!

• ИНТ. ТЕАТР ГРАНД-ОПЕРА. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». СЦЕНА.

19 Мая 1908. ПАРИЖ.
... На сцену вбегает юродивый в веригах, за ним толпа мальчишек. Они дразнят его. Он садится на камень, штопает лапоть и поет, покачиваясь. Он хвастается имеющейся у него копеечкой, мальчишки вырывают её. Юродивый плачет. Из собора начинается царское шествие. Бояре раздают милостыню. Показывается Борис Годунов, за ним Шуйский и другие бояре. К Борису обращается юродивый и говорит, что его обидели мальчишки, и просит Бориса, чтобы тот велел их наказать:

ЮРОДИВЫЙ
Вели-ка их зарезать, как ты зарезал маленького царевича.
Шуйский намеревается наказать юродивого. Но Борис останавливает его и просит юродивого молиться за него, Бориса. Но юродивый отказывается:

ЮРОДИВЫЙ
Нет, Борис! Нельзя, нельзя, Борис! Нельзя молиться за царя Ирода!
Народ (массовка) в ужасе расходится. Юродивый поет: «Лейтесь,
лейтесь, слезы горькие».

• НАТ./ИНТ. ПРЕМЬЕРА ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». 19 Мая 1908. ПАРИЖ.

Карусель планов:
За кадром звучит одна из финальных арий Бориса Годунова «Я созвал вас, бояре» (действие IV, картина 3), смиксованная с арией юродивого из предыдущей сцены.
Великий князь ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ со своей супругой Великой княгиней МАРИЕЙ ПАВЛОВНОЙ выходят из поезда Норд-Экспресс в Париже. Красивая костюмированная сцена прохода императорской пары по перрону легендарного Gare du Nord (Северный вокзал). Супруги садятся в автомобиль, но, не доехав до Гранд-Опера, попадают в пробку, вызванную нелепой аварией. Они опаздывают на премьеру.

POV ДЯГИЛЕВА из-за кулис на пустую ложу Великого князя. Импресарио качает головой.

Занавес падает. Неистовые овации публики и крики «Браво! Браво!»
Князь Фон Берг и граф Безбородько смотрят сцену. Они почему-то держатся за руки, у них на глазах слёзы. В зале гром аплодисментов. Звучат крики «Браво!» и «Бис!». Зрители не отпускают артистов со сцены. Среди них возвышается глыбой Фёдор Шаляпин.


МАТИЛЬДА КШЕСИНСКАЯ в своей квартире в Санкт-Петербурге читает телеграмму и радостно восклицает:

КШЕСИНСКАЯ
Я знала... знала...
ИМПЕРАТОР НИКОЛАЙ II, повернув голову к кому-то, стоящему рядом, говорит вполголоса:

ИМПЕРАТОР НИКОЛАЙ II
Браво, князь! Ваш Дягилев неплох!
Восторженная МИСЯ СЕРТ заходит в грим-уборную к Дягилеву сразу после премьеры. Дягилев уступает ей место со словами:

ДЯГИЛЕВ
Мися Серт! Собственной персоной! Очень рад!

Великий князь ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ заходит в ложу на финальных тактах оперы. В зале всеобщее ликование.

ГАБРИЭЛЬ АСТРЮК то ли аплодирует, то ли потирает руки... Он явно доволен успехом постановки.

Переход плана.

• ИНТ. ОТЕЛЬ «КОНТНЕНТАЛЬ». ПОСЛЕ ПРЕМЬЕРЫ. 19 Мая 1908. ПАРИЖ.

Великий князь Владимир Александрович собирает в холле отеля
«Континенталь» артистов, хористов и рабочих, задействованных в постановке. Сергей Дягилев стоит рядом с ним. Князь выходит вперед и говорит с искренностью:
ВЕЛИКИЙ КНЯЗЬ
Не мне и не Дягилеву «Годунов» обязан своим успехом, а всем вам. Мы приготовили, а вы осуществили.

Пафос этой фразы перекрыт залпом солдат на Нарвской площади
(доигрываем финал сцены 2.24).

• ИНТ. САЛОН МАДАМ СЕРТ НА УЛИЦЕ РИВОЛИ. ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ПОСЛЕ ПРЕМЬЕРЫ ОПЕРЫ «БОРИС ГОДУНОВ». 1908. ПАРИЖ.

Съёмка «одним кадром», без видимых монтажных склеек. Одна локация, много персонажей и микро-сцен.

Огромная квартира на улице Риволи с видом на дворец Тюильри. Здесь живёт знаменитая «пожирательница гениев» МИСЯ ЭДВАРДС (Серт) со своим вторым мужем, миллионером и медиа-магнатом

АЛЬФРЕДДОМ ЭДВАРДСОМ, основателем газеты Le Matin. Мися, злая на язык, но, тем не менее, прекрасная, влюбленная в искусство и всегда готовая помочь, переделала эту квартиру под салон, мгновенно ставший самым известным в Париже и, что важнее, смыслом всей её жизни. Стоит отметить, что своей популярностью салон обязан не только огромному состоянию Миси (точнее, двух её первых мужей), размер которого, – как поговаривали, – она никогда не знала, сколько её невероятной харизме, в которую, как в огромный водоворот попадали и «гибли» самые известные люди прекрасной эпохи, творцы, интеллектуалы и пассионарии. Парижский дом Миси был самым желанным местом встречи для тех, кто что-то смыслил в современном искусстве. Мися притягивала к себе всех талантливых мономанов и эгоцентриков Европы. Тулуз-Лотрек, Ренуар, Пикассо, Кокто, Золя, Пруст, Равель, – этот список можно продолжать почти до бесконечности, – все были здесь. И, конечно, Сергей Дягилев, мгновенно ставший героем всех парижских СМИ, от крупных изданий до малотиражных таблоидов, на следующий день после премьеры «Годунова» также пришел на улицу Риволи по приглашению Миси. Вместе с ним – Фёдор Шаляпин, Александр Бенуа и ГАБРИЭЛЬ АСТРЮК.
В большой гостиной висит портрет Ренуара, с которого улыбаясь смотрит на своих гостей хозяйка салона Мися Серт. Интерьер квартиры выполнен в модном для Парижа стиле модерн (art nouveau), но кое-где встречающиеся элементы «классики» вносят в обстановку едва уловимый флёр рефлексии по ушедшей эпохи.

За журнальным столиком особняком сидят ЛИЗА СЕЛЕЗНЕВА и серьёзный пожилой господин, с которым зритель уже знаком. Это СЕЛЕСТИН ХЕННИОН – префект полиции и глава французской контрразведки. Вокруг много красивых людей, в одном из которых мы узнаем веселого и жизнерадостного художника Анри де Тулуз- Лотрека по его небольшому, как у ребёнка росту. Он держит в руке набросок рисунка и разговаривает с ближайшей подругой Миси Коко Шанель.

КОКО ШАНЕЛЬ (со смехом)
Анри, дорогой, ты опять нарисовал нашу Мисю?

ТУЛУЗ-ЛОТРЕК (также смеясь)
Я знаю, знаю, она выбросит мой рисунок в корзину, как и все предыдущие. Но (закатываясь от смеха), в свое оправдание скажу, что Боннару повезло не больше. Его неформатные полотна она, конечно, не отнесла на помойку, но обрезала нещадно..
КОКО ШАНЕЛЬ (со смехом) Всегда восхищалась двумя твоими удивительными качествами, Анри,

талантом и невероятным оптимизмом! О! (Коко посмотрела на одинокую фигуру возле окна). Ты только посмотри на нашего влюбленного Пруста! Он опять в образе Пьеро грустно стоит у стеночки один одинешенек.
Гости собрались в центре гостиной. За белоснежным концертным роялем сидит Мися Серт. В шикарном платье, со сложной прической и идеально прямой спиной, Мися совсем похожа на пианистку, но её виртуозное исполнение «la Campanella», одного из сложнейших произведение Ференца Листа, не оставляет никого равнодушным.

ДЯГИЛЕВ (с восторгом)
Однако!
и походит к Мисе, которая, увидев его, чуть пододвигается, освобождая место на банкетке. Что ж! Дягилев, не моргнув глазом, присаживается рядом и... присоединяется к фортепианному пассажу, но уже в четыре руки.
Гости в восторге! Аплодисменты. Мися Серт бросается к Дягилеву на шею и звонко целует его в губы. Шаляпин и Бенуа снисходительно улыбаются, видно, что они знакомы с таким
«приёмчиком» импресарио. Вокруг всеобщее веселье. Звенят бокалы. Звучат короткие фразы. Все поздравляют Дягилева, Шаляпина и Бакста с феерической премьерой «Годунова». Не весел только ГАБРИЭЛЬ АСТРЮК.

Мися Серт подходит к Дягилеву и, бесцеремонно схватив за руку, оттаскивает в сторону.
МИСЯ СЕРТ
Серж! Что это было?! Ты потрясающе играешь! Я думала, после твоего уморительного выхода в костюме медведя на сцену Гранд-Опера больше потрясений не будет, но я ошибалась! Ты гений!

ДЯГИЛЕВ
Это правда (Дягилев смеётся, не совсем понятно, шутит ли он, или говорит серьёзно). Мися, я слышал, что ты виртуозно владеешь инструментом, но, честно говоря, думал, твои поклонники преувеличивают..
МИСЯ СЕРТ
У меня был лучший учитель... Франц Лист ошибок не прощал. А у кого брал уроки ты?

ДЯГИЛЕВ
У Римского-Корсакова, но, в отличие от тебя, мой учитель меня недооценивал, сейчас я понимаю, безосновательно (смеётся).
МИСЯ СЕРТ
Я пойду к гостям, но сначала скажи, ты планируешь удивлять Париж новым
«Сезоном» в следующем году?
ДЯГИЛЕВ
А то! Вот только в несколько ином жанре.
МИСЯ СЕРТ
Как интересно. Расскажешь? Кстати, – Мися лёгким кивком показывает на ЛИЗУ СЕЛЕЗНЕВУ и СЕЛЕСТИНА ХЕННИОНА, к
которым присоединилась еще одна женщина (Корнель Левек, его жена), – твоя артистка хороша, великолепное образование, прекрасные манеры. Всех очаровала. Я серьёзно.
ДЯГИЛЕВ (небрежно)
Я знаю. Она очень талантлива. Взял её по рекомендации знакомого из кордебалета Мариинки и ни разу не пожалел.
Мися Серт удаляется. В этот момент к Дягилеву подходит ГАБРИЭЛЬ АСТРЮК, который всё это время ждал возможности поговорить со своим партнером.

АСТРЮК
Серж, надо поговорить.

ДЯГИЛЕВ (тем же тоном)
Говори.

АСТРЮК
Меня волнует возврат инвестиций. Я подсчитал, сборы после продаж билетов не покрывают твоих обязательств, Серж.

ДЯГИЛЕВ (спокойно,
вполголоса)
Не покрывают, Габи. Возникло много незапланированных расходов на постановку. Я много раз говорил тебе об этом, но я найду деньги. Подожди немного.


АСТРЮК
Хорошо. Я подожду... немного, в противном случае будет скандал, Серж, ты меня знаешь.

Астрюк разворачивается и, не подав Дягилеву руки уходит.
АСТРЮК (про себя) Мерзавец!

Финал этого разговора слышит Мися Серт. Она хочет подойти к Дягилеву, но тот уже растворился в толпе гостей.

Камера перемещается по салону, время от времени акцентируя внимание зрителя на обычных светских разговорах гостей. В одной из компаний обсуждают новомодный кубизм Пикассо и Брака.

ГОСТЬ 1
.. говорю же вам, Пикассо упрощает очертания фигур и предметов, отчасти под влиянием иберийского и африканского искусства, но я-то считаю, что настоящая первопричина кубизма в идеях Сезанна..

ГОСТЬ 2
Зачем гадать? Спросите у него сами. Эй, Пабло, иди к нам..
К компании гостей подходит улыбающийся Пабло Пикассо с пижонским шарфом на шее.

Селестин Хеннион ведёт с Лизой Селезневой и своей супругой разговор совсем иного рода:

СЕЛЕСТИН ХЕННИОН
Лиза, я знаю, что вы не очень любите говорить о политике, но сейчас в мире не самое.. спокойное время, мягко говоря.
ЛИЗА (с улыбкой)
А вы хитрец, мсье Хеннион. Естественно, я осведомлена. Но, знаете что, именно сейчас, когда все неспокойно, почему бы нам не говорить о красоте?

Хеннион и Корнель Левек смеются.
КОРНЕЛЬ ЛЕВЕК
Ну, что я говорила, дорогой. Она умница

и, похоже, прекрасно знает Достоевского.

ЛИЗА СЕЛЕЗНЕВА
Мы с братом получили хорошее образование, но выросли в малоизвестной дворянской семье в поместье под Москвой. Информации было не много, особенно о новых русских писателях.
Однако наш первый учитель был хорошо знаком с Фёдором Михайловичем, отсюда и знания.
СЕЛЕСТИН ХЕННИОН
Так по вашему мнению именно красота спасет мир, а не политики и пушки?

ЛИЗА СЕЛЕЗНЕВА
Я считаю, что слова князя Мышкина, даже вырванные из контекста «Идиота», прекрасны и просты. Красота всех спасёт, хотя (Лиза на секунду задумалась и улыбнулась) люди настолько заигрались в цивилизацию, что им всегда будет казаться что пушки вернее.
Переход плана.

• НАТ. САЛОН МАДАМ СЕРТ. БАЛКОН. 1908. ПАРИЖ. ПРОДОЛЖЕНИЕ эп.2.48

POV. Красивый прямой план Парижа. Сумерки. Мягкий, теплый свет. Золотые тени на крышах зданий. Кажется, что картинка статична, настолько фундаментальными кажутся строения императорского дворца и строгий, геометричный ландшафт парка перед Лувром.
Сергей Дягилев стоит на балконе и задумчиво смотрит на павильоны Флоры и Марсан. Это всё, что осталось от дворца Тюильри, уничтоженного по приказу Жюля Бержере, главного военачальника Парижской коммуны. К Дягилеву подходит Мися Серт и берет его под руку.

МИСЯ СЕРТ
Обломки эпохи. Выглядит несколько фатально, если знать историю дворца Тюильри, построенного по задумке Екатерины Медичи.
ДЯГИЛЕВ
Да уж (задумчиво). Особенно, если учесть, что после смерти королевы всё, о чем чём она мечтала и строила свелось к нулю.


МИСЯ СЕРТ
Рано или поздно всё будет сведено к нулю, мой друг.
ДЯГИЛЕВ
Нет. То, что делаю я, будет жить долго, надеюсь, вечно.

Мися, удивленная таким неожиданным заявлением Дягилева несколько секунд молчит, а потом продолжает:

МИСЯ СЕРТ
Именно поэтому я здесь, Серж. Я случайно слышала часть разговора с Астрюком, – прости, – и в этой связи, у меня есть к тебе предложение.

ДЯГИЛЕВ
Заинтригован.
МИСЯ СЕРТ
Я хотела поддержать «Русские сезоны» деньгами, потому что, как и ты, считаю этот проект нужным и важным.

Дягилев поворачивается к Мисе и произносит очень серьёзно.
ДЯГИЛЕВ
Спасибо. Это очень своевременное предложение, забавно лишь то, что обычно я всегда денег прошу, а тут..
МИСЯ СЕРТ
Вот только.. у меня есть одно условие, точнее, просьба, Серж.

Дягилев улыбается.
ДЯГИЛЕВ
Было бы странно, если бы условий не было.

МИСЯ СЕРТ
Нет, нет, ты не правильно понял. Я хотела сказать другое. Мне было бы удобнее, чтобы наша договоренность не афишировалась. Но давай к делу... Ты хотел рассказать, что будет в следующем году, Серж.

• ИНТ. САЛОН МАДАМ СЕРТ. ГОСТИНАЯ. 1908. ПАРИЖ. ПРОДОЛЖЕНИЕ эп.2.49

Дягилев и Мися входят в ярко освещенную гостиную салона.
ДЯГИЛЕВ
В следующем году я покажу настоящий балет, а не какие-то осколки оперных театров, к которым привыкли в Париже. Высокое искусство, высокий стиль, русский стиль. И, конечно, представлю наших блистательных Анну Павлову, Мишу Фокина, Тамару Карсавину и Вацу Нижинского.., последний.. (в раздумье) очень перспективен и.. управляем, что немаловажно.

• ИНТ. ГЛАВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА. 5-Е (РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОЕ) ДЕЛОПРОИЗВОДСТВО ЧАСТИ 1-ГО ОБЕР-КВАРТИРМЕЙСТЕРА УПРАВЛЕНИЯ ГЕНЕРАЛ-КВАРТИРМЕЙСТЕРА. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, МАЙ 1908 ГОДА.

КАБИНЕТ ГЕНЕРАЛ-МАЙОРА МИХАИЛА ГРИГОРЬЕВИЧА АЛЕКСЕЕВА.

В кабинете находятся генерал-майор МИХАИЛ ГРИГОРЬЕВИЧ АЛЕКСЕЕВ и полковник СЕРГЕЙ ЯКОВЛЕВИЧ ЯНКОВСКИЙ.

Генерал Алексеев(55+) невысокого роста, крепко сложен, с острым, колючим, пронзающим взглядом. Все его движения стремительны и резки. Он человек взрывной и заносчивый. Алексеев участник русско-японской войны, он непосредственно принимал участие в боевых действиях и был ранен, на лице с левой стороны небольшой шрам, который придаёт его лицу несколько демонический вид.
Генерал стремительно расхаживает по кабинету, он возбужден, говорит резко, отрывисто, почти всегда на повышенных тонах. Манера разговора странная, как будто прерывает сам себя, задает вопросы и тут же на них отвечает. Это последствия контузии, полученной в бое у Вафангоу (Ляодунский полуостров). При этом генерал сохранил ясность ума и глубину мысли. Полковник Янковский, напротив, очень спокоен. Он выглядит безучастно, отстраненно, но это только внешне. Сергей Янковский внимателен и сосредоточен.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Бардак! Бардак! Бардак! Эти олухи из департамента контрразведки не способны ни на что! Чем они заняты? Ничем!

Генерал подходит к столу открывает папку, достает из нее документ. Янковский молча слушает.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ

Сколько убито генерал-губернаторов в этом году? А я вам отвечу!

Алексеев читает очень быстро чеканя каждое слово.
АЛЕКСЕЕВ
По России за последние шесть месяцев убито: восемь вице-губернаторов, пять полицеймейстеров; уездных начальников и исправников — 21, жандармских офицеров — 8, генералов (строевых) — 4, офицеров (строевых) — 7, приставов и их помощников — 79, околоточных надзирателей — 125, городовых — 346.
Итак далее по списку. Мы ничего не можем сделать с этими проклятыми анархистами. А знаете почему?...

Полковник Янковский смотрит в открытое окно, за которым разрезая воздух, стремительно летают ласточки. На подоконник садится красивая шоколадная бабочка, разворачивается к офицерам и замирает. Создаётся ощущение, что она тоже внимательно слушает генерала.
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
(про себя) К дождю.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ (ПРОД.)
.. А я вам отвечу. Потому что там наверху, всех интересует только разнообразие блюд и это вот всё остальное... И, конечно, вы, Сергей Яковлевич, вы прекрасно знаете к чему всё идет.
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Это вопрос, ваше превосходительство?
ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Ну, ясень пень, полковник!
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Это уже привело к революции и дело, по всей видимости, идёт к войне.
ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Браво, Сергей Яковлевич! Именно! К войне! Хоть один толковый офицер в канцелярии! Но если мы с этим отребьем справиться не можем, то как мы собираемся воевать с подготовленным

противником?!
Генерал начинает заметно нервничать и немного заикаться. Шоколадная бабочка на подоконнике нетерпеливо качнула крыльями и снова замерла.

Если начнется война, а она, как мы понимаем, рано или поздно начнётся, то это будет вторая Япония, если мы не предпримем энергичные и правильные действия, конечно. Я воевал с японцами! И что?!! А я вам отвечу!
Бездарное руководство, оперативное управление ни к черту, пятьдесят две тысячи убитыми, четыре миллиарда золотом общего ущерба, отдали Ляодунский полуостров, южную ветку Китайкой Восточной железной дороги и часть Сахалина в качестве контрибуции, а взамен что?!! Мирный договор в Портсмуте! Позор!!
Генерал резко наливает в стакан воду из графина.
Бабочка бесцеремонно развернулась, легко взмахнула крыльями и бесстрашно полетела навстречу пикирующим ласточкам.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Воды?

ПОЛКОНИК ЯНКОВСКИЙ
Воздержусь. Спасибо, Михаил Григорьевич.
Алексеев залпом выпивает воду из стакана и неожиданно резким движением наотмашь показывает дулю за окно.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Шиш вы получите, а не Россию! Простите полковник! Душа болит.

(берет из папки документ)
Четыреста двадцать три немецких предприятия зарегистрированы в России и все они получают жалованье из Германии. На каждом оборонном предприятии служат и получают ЗАР-ПЛА- ТУ немецкие агенты под прикрытием и мы это знаем! Но почти ничего не делаем, потому что у нас, видите ли, нет достаточных доказательств. Ну... точнее есть, но не на всех.


Янковскому стало невыносимо скучно. Всё это он, один из ведущих офицеров внешней разведки, конечно, знал, но лезть в дела другого департамента – плохая затея... Янковский также знал, что контрразведчики, – отличные ребята, – прижали нескольких немецких шпионов и предателей, торговавших собственной страной за деньги, но... где же бабочка? Голос генерала доносился до него, как из накрытого подушкой другого мира. Полковник встряхнулся. Голос генерала мгновенно вынырнул из-под подушки и снова забубнил в ухо.
ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
... и вот, Сергей Яковлевич, давайте разберём Антанту, сердечное, мать их, согласие! Согласие кого? России, Англии, Франции и еще десятка стран помельче. Я в Англию вообще не верю. Переобулись мгновенно. Тыловую поддержку Токио в Вэйхайвэе обеспечили, – там, замечу, пять новейших британских броненосцев стояло, корабли для японцев строили, денег давали, а сейчас, мать их, они наши союзники! Я этим бледнолицым НЕ- ВЕ-РЮ! А вот Франция – другое дело. С ними надо работать. Она нам, как воздух нужна. Да и ближе она к нам и по духу, и по культуре. Даже этот всё понял... ну, как его... с моноклем, который по Петербургу фазаном расхаживает и выставки организовывает?
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Сергей Дягилев.
ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Именно. Знаете что-то о нем?
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Я знаю его лично.
ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Прекрасно. Он может пригодиться. Заметьте, ни в Лондоне, ни где-нибудь ещё, а именно в Париже. У этого Дягилева чутьё, он суть вещей понимает.
Генерал резко успокаивается, садится за стол и немигающим взглядом смотрит на Янковского.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Агентура Германии самая сильная в Европе. Звери! Париж наводнен агентами немецкой разведки. Их задача – развалить Антанту. Наша задача – сохранить союз.
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Мы это понимаем и работаем.
Янковский достаёт из лежащей перед ним папки фотокарточку Селестина Хенниона и передаёт её генералу.

ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ (прод.)
Это Селестин Хеннион – префект французской полиции и ключевая фигура контрразведки.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
(нетерпеливо)
Знаю. Ближе к делу, полковник.
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
У Хенниона, как известно, есть соратник, премьер-министр Франции Жорж Клемансо. Вместе они активно лоббируют интересы блока, создали новую структуру контрразведки с мобильными бригадами и очень неплохим управлением. Кроме того, сам префект реально влияет на принятие решений и очень хорошо ловит немецких агентов. Есть информация, что немцы хотят Хенниона устранить.
ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Интересно, как им это удастся? Селестин Хеннион достаточно хорошо охраняем.

ПОЛКОВНИК АЛЕКСЕЕВ
Есть предположение, что через ложу.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Хммм... Масоны.. Неплохая версия, тем более, что ГЮСТАВ МЕЗЮРЕР – великий мастер великой ложи Франции, друг премьер-министра, тоже масона, кстати, но.. Жорж Клемансо не может быть замешан! Его репутация безупречна, мы это точно знаем. С другой стороны (генерал

задумывается).., вырисовывается интересная комбинация. Какова может быть цель масонов в этой игре? Вот! (генерал щелкнул пальцами). Игра! Это ключевое слово. Если аккуратно столкнуть всех лбами, создать, а потом изящно решить проблему, можно вплотную приблизиться к Хенниону.
Завербовать его не удастся, – пробовали и шишки набили, – а вот заручиться дружеской поддержкой можно. Возможно, для этого нужно забраться.. (пристально смотрит на Янковского)

ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Забраться в великую ложу... (задумчиво. Он понял генерала с полуслова) Тяжелейшая, но.. выполнимая задача. Есть у меня один надежный человек на примете, патриот, дворянин (закладка к серии 3)...

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Вот и действуйте, полковник! Это приказ.
Кстати, (генерал снова пристально посмотрел на Янковского), вышей группе известно, кто конкретно планирует покушение на Хенниона?
ПОЛКОВНИК ЯНКОВСКИЙ
Пока нет. Немецкая резидентура в Париже серьёзно законспирирована, мы разрабатываем отдельных людей, есть неплохие результаты, но работа не закончена, Михаил Григорьевич.

Алексеев мгновенно теряет самообладание и с размаху бьёт кулаком по столу.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
Так закончите эту работу!! (и тут же быстро успокаиваясь). Простите, Сергей Яковлевич, нервы ни к черту..
ПОЛКОВНИК АЛЕКСЕЕВ
Я понимаю, Михаил Григорьевич. Масоны и Хеннион. О результатах доложу.
Разрешите идти?

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
(неожиданно переходит на ты)
Иди, дорогой, ступай... и... не забудь про Дягилева. Он нам нужен.
Янковский берет со стола фотографию Селестина Хенниона и выходит из кабинета. Генерал Алексеев склоняет голову и обхватывает её руками. На подоконник падают первые капли весеннего ливня.

ГЕНЕРАЛ АЛЕКСЕЕВ
(задумчиво)
Масоны... Надо Столыпину доложить.

• ИНТ. МАРИНСКИЙ ТЕАТР. «ЖИЗЕЛЬ». САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 1903. ФИДБЭК.

Продолжение эп.1.34.
ВИКТОР ДАНДРЕ и его товарищ, не дожидаясь конца спектакля, поспешно выходят из ложи. За кадром бушуют аплодисменты, доносятся крики «Браво!», «Бис!».
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК (со смехом) Виктор, да не спеши ты так! Куда.., куда ты меня тащишь?

ВИКТОР ДАНДРЕ
Ты что-то там про пари говорил?
МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК
Ну, да, говорил, не пойму только, что за спешка?
ВИКТОР ДАНДРЕ
Поможешь мне цветы скупить, пока публика одаривает нашу Павлову аплодисментами.

МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК
Ааа... Хитрец!

• ИНТ. МАРИНСКИЙ ТЕАТР. «ЖИЗЕЛЬ». ФОЙЕ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 1903.

Молодые люди в фойе скупают цветы, перебегая от одного цветочного лотка к другому пока в руках барона Дандре не оказывается огромный букет белоснежных роз. Из партера и лож начинаются выходить восторженные зрители. Среди них князь фон Берг и граф Безбородько. Пожилые повесы смешно семеня спешат в сторону двери с надписью «Служебный». За ними следом идет Матильда Кшесинская (продолжение этих сцен см. в эп.1.47-1.50) и Владимир Теляковский.

ВИКТОР ДАНДРЕ

Вот же, ч.. (хотел ругнуться, но вовремя остановился). Похоже, нас опередили. Надо немного подождать, чтобы не встать в длинную очередь. Так (обращаясь к молодому человеку), теперь я сам.
Переход плана.

• ИНТ. МАРИНСКИЙ ТЕАТР. «ЖИЗЕЛЬ». ЗА КУЛИСАМИ ПЕРЕД ДВЕРЬЮ В ГРИМ-УБОРНУЮ АННЫ ПАВЛОВОЙ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 1903.

По коридору Мариинки идёт Виктор Дандре с огромным букетом. Ему навстречу – Матильда Кшесинская. Кшесинская останавливается и с насмешкой смотрит на барона.
ВИКТОР ДАНДРЕ
Матильда Феликсовна, моё почтение. В другой ситуации поцеловал бы вам руку, но сейчас, как вы изволили заметить, не имею возможности.


МАТИЛЬДА КШЕСИНСКАЯ
Барон, добрый вечер. Не утруждайтесь. Ваш конферанс пригодится нашей приме, но хотела бы попросить вас быть деликатнее и... (подбирает слово) добрее к Анне Павловне. Она ранимый, очень творческий человек и к вашим гусарским политесам не привыкла. Без обид, Виктор. Она под моей защитой.

ВИКТОР ДАНДРЕ
Что вы, Матильда Феликсовна. И в мыслях не было.

МАТИЛЬДА КШЕСИНСКАЯ
И на том спасибо. Удачной охоты, барон.

И Кшесинская, как королева, гордо и величественно проплывает мимо Виктора Дандре, чуть задев его кружевами своего шикарного платья. Крупный план на несколько белых лепестков, которые падают, потревоженные неожиданным столкновением.. разных интересов.

• ИНТ. МАРИНСКИЙ ТЕАТР. «ЖИЗЕЛЬ». ЗА КУЛИСАМИ ПЕРЕД ДВЕРЬЮ В ГРИМ-УБОРНУЮ АННЫ ПАВЛОВОЙ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. 1903.

Виктор Дандре стоит перед дверью в грим-уборную Анны Павловой. Он в замешательстве. Кажется, что от его отваги не осталось и следа. Барон поднимает руку, чтобы постучать в дверь, но

останавливается и... Похоже, Дандре хочет развернуться и уйти.
ВИКТОР ДАНДРЕ
(про себя, в сердцах)
Ну и дурак же ты, Виктор Дандре!!

Внезапно открывается дверь и.. Анна Павлова, уже полностью одетая, буквально упирается в огромный белый букет.

АННА ПАВЛОВА
Да что же это такое!! Вы кто?!!

Виктор Дандре, которого совсем не видно за огромным букетом, пытается справиться с цветами, у него ничего не получается и Анна Павлова хохочет:
АННА ПАВЛОВА
Остановитесь уже! Вы делаете только хуже. Все превращается в водевиль! Боже, какой вы смешной!
Наконец у Дандре получается. Между розами появляется его покрасневшее от стеснения лицо:

ВИКТОР ДАНДРЕ
Анна Павловна, извините, я... я.. барон Виктор Дандре.. (умолкает, совсем смешавшись).

АННА ПАВЛОВА
Давайте уже я за вас продолжу (смеясь). Я барон Виктор Дандре (подражая голосу барона и смешно понижая голос), поражен вашим талантом, я у ваших ног, бла-бла- бла, бла-бла-бла... (балерина снова хохочет). Так что же вы хотите, барон Дандре?
ВИКТОР ДАНДРЕ
Я.. я хочу быть вашим импресарио! Вот!!
Анна Павлова и Виктор Дандре смотрят друг на друга в упор. В их взглядах есть.. что-то невероятно искреннее, честное, прекрасное. Долгий фронтальный план. Глаза Павловой крупно.
Похоже, это любовь.



Конец второй серии.